Из опыта работы со свидетелями по делам изменников Родины

С представителем добровольческого объединения «Патриот» Политехнического института НовГУ  Ярославом Булгаковым поделился своими воспоминаниями о работе в органах госбезопасности в послевоенные годы участник Великой Отечественной войны, полковник КГБ в отставке, Почётный чекист, лауреат форума «Общественное признание», обладатель Почётного знака «За заслуги перед Великим Новгородом» Василий Петрович Михеев.

 (Начало рассказа опубликовано на портале РВИО 12.02.2016 г. – «Кровавое Крещение на льду реки Полисть»; 26.02.2016 г. – «Цена предательства – Восточная медаль да 22 немецких марки»; 21.04.2016 г - «Убивал, чтобы позабавиться»).

(продолжение)

Ветеран вспоминает:

«А теперь я немного расскажу о свидетелях, участвовавших в следственном и судебном процессах по делам изменников Родины. Получив сведения о событии преступления и проведя необходимые действия по их закреплению, оперативные службы и следователи прилагают максимум усилий по поиску информационных источников – свидетелей.

Свидетельские показания – стержень всех доказательств в уголовном процессе. На основе накопленного опыта – это моё личное мнение -  свидетелей можно, по отношению к преступнику,  разделить на несколько групп.

Первая группа. К первой группе относятся свидетели, ставшие жертвами или пострадавшие от изменников Родины. Они ранее не знали обвиняемых, никогда с ними не встречались до момента совершения преступления. Эти свидетели только описывают картину события – расстрел, казнь, поведение преступников и результат преступного действия.

К таким свидетелям, как правило, относятся  люди, случайно оставшиеся  в живых. Например, жители деревень Бычково и Починок, перенёсшие трагедию на льду реки Полисть. При допросах этих свидетелей,  выживших после  собственной казни и видевших смерть своих родственников, приходилось очень осторожно интересоваться их прошлым, бережно относиться к их воспоминаниям. У них часто случаются нервные срывы, истерики.

Вот на допросе во время следствия и в суде Тамара Иванова, 1924 г.р., уроженка деревни Починок Белебёлковского района Новгородской области. 19 декабря 1942 года  она была тяжело ранена карателями во время расстрела жителей деревень Бычково и Починок. А  её одиннадцать родственников -  отец, мать, сёстры, дети сестёр –  убиты бандитами батальона «Шелонь». Её рассказ о трагедии на реке Полисть в судебном заседании взволновал не только присутствующих в зале, но и  весь состав суда.


Т. Иванова выступала по обвинению  Григория Гуревича-Гурвича, Николая Иванова, Константина Григорьева, Павла Бурова, Константина Захаревича.  О её личной трагедии во время войны рассказано в документальном фильме «Дело № 21». О ней написано в «Книге памяти», посвящённой  военным событиям в Поддорском районе. До последнего времени Иванова  проживала в деревне Холстинка Поддорского района.

Те давние события Тамара, как сумела, описала в  своих бесхитростных стихах:

"Вот и река, мы спустились на лёд.

Велели нам строем  на месте  стоять.

Наставил каратель на нас пулемёт

И начал свинцовым дождём поливать.

 

Пули тяжёлые нас осыпали.

От них мы укрыться никак не могли.

Мы молча стояли и смерти ждали

Потом, как снопы, друг на друга легли.

 

Враг, словно зверь, был добычей доволен.

Детские трупы он взглядом ласкал.

Люди стонали от страха  и боли,

Он, улыбаясь, живых добивал.

 

Прошло с той поры уже больше полвека,

А я то Крещенье забыть не могу,

Как двести пятьдесят три человека

Лежали на красном от крови снегу»

Вторая группа. Эти свидетели по уголовным делам карателей, полицаев, изменников Родины знали преступников по совместной службе в различных фашистских формированиях. Они, как правило,  уже отбыли наказание за службу у оккупантов, но у них  почти всегда сохранялись  насторожённость и ожидание опасности. Велико было нервное напряжение. Требовалось много усилий, чтобы добиться от них объективных и достоверных показаний в отношении обвиняемых.

Вот на допросах Александр Калистов, житель Псковской области, один из карателей батальона «Шелонь». Судим за службу у немцев, досрочно освобождён из лагеря по амнистии. Были получены достоверные данные, что Калистов в составе 2-й роты (он был рядовым солдатом) находился в оцеплении на реке Полисть и мог видеть всю картину расстрела  жителей деревень Бычково и Починок.

Долго и упорно он отрицал своё участие в этой карательной акции. На допросах вёл себя истерично, плакал, заявлял, что ни в чём не виноват, о действиях сослуживцев, мол, ему ничего не известно.

Пришлось применить ряд тактических приёмов, которые способствовали получению от Калистова фактических данных о событиях на реке Полисть и конкретных виновниках преступных действий. Для этого потребовались очные ставки Калистова с другими свидетелями, проведение следственного эксперимента на месте расстрела.

Эти приёмы оказались эффективными и полезными. Они воздействовали на психологическое состояние свидетеля в положительную сторону.

Третья группа. Эта группа свидетелей наиболее многочисленная, по своим субъективным признакам, неоднородная, как по характеру, уровню развития, так и по восприятию событий. Эти свидетели не причастны  к преступлениям. Они только являлись наблюдателями, в силу сложившихся обстоятельств или из любопытства, за действиями виновных.

Среди них встречались и такие, которые по разным причинам уклонялись от дачи показаний, боясь мести преступников и их родственников, а также из-за нежелания «ходить по судам».

Вот идёт розыск и документирование преступных деяний латышских легионеров, служивших в команде СС и СД. В 1942 - 1943 годах команда дислоцировалась в деревне Жестяная Горка Батецкого района Новгородской области.

Этими легионерами уничтожено более 2500 советских людей. Для выяснения всех обстоятельств, связанных с преступными деяниями карателей, были установлены и допрошены в качестве свидетелей местные жители Клочков И.В., Быкова П.И. и другие. В своих пояснениях они внесли дополнительные данные о Цируписе, Жамгерисе, Удровскисе, Бруно, и других, а также о бывших белоэмигрантах Беляеве и Климове.

Нам были известно, что Клочков  во время оккупации имел косвенное общение с некоторыми карателями, иногда он развлекал их, играя на гармошке. Из ряда источников были получены сведения, что он неоднократно наблюдал поведение и действия карателей из службы СС и СД.

Из допросов Клочкова, хотя он не всегда был искренним, всё же удалось собрать нужные сведения на карателей и объявить их в розыск.

Откровенно и добросовестно вела себя Быкова. Она подробно рассказала об известных ей фактах злодеяний фашистов над советскими людьми.

Четвёртая группа. К этой группе относятся свидетели, давшие производные показания в отношении обвиняемых. В таких случаях свидетели сообщают сведения, ссылаясь на других лиц или на содержание каких-либо документов.

Эмпирически каждый достаточно опытный следователь знает, что общение с недоверчивыми и подозрительными людьми требует терпения и осторожности. С капризными целесообразен спокойный тон, при полном игнорировании их капризов. Самодовольных и хвастливых осаживает ирония, но пользоваться ею надо умело.

Как найти необходимую линию поведения в общении с обвиняемым, свидетелем, потерпевшим в различных ситуациях, всё зависит от профессионального мастерства следователя. Способы воздействия, которые вправе применить следователь, регламентированы уголовно-процессуальным законом лишь в общем плане.

Поэтому в каждом конкретном случае мы в своей практике строго определяем их допустимость и правомерность, исключая всякие элементы психического насилия в отношении участников уголовного процесса. К нам не было каких-либо претензий,  как со стороны судебных органов, так и от лиц, проходивших по делам в стадии предварительного следствия».


(продолжение следует)

Беседу записал и подготовил к публикации Ярослав Булгаков. Фото Ярослава Булгакова.

Член Новгородского регионального отделения РВИО, руководитель добровольческого объединения «Патриот» Политехнического института НовГУ Булгакова А.Ф.

0 Комментариев